Футбол

Новый суд Кокорина и Мамаева. Удивительно, но всем было весело

23
Новости спорта

Правда, решение суда футболисты всё равно встретили криками: «Позор»!

Бесполезно в очередной раз перечислять все детали того, что происходит на судах, где решают судьбы Кокориных, Мамаева и Протасовицкого, потому что происходит примерно одно и то же. Но в деталях новое заседание отличалось – и довольно серьезно.

Первое – цирк с плакатами у здания суда. Несколько довольно мутных парней держали распечатанные плакаты с призывами выпустить на свободу Кокорина и Мамаева. На отдельных листах были распечатки детских фотографий Александра и Кирилла. Этим ограничиваться не намерены: Алана Мамаева после объявления приговора вышла в прямой эфир «Инстаграма» и призвала всех выходить на Манежку (в смысле – ехать к Бутырскому изолятору). Эти попытки показать какую-то народную поддержку выглядят очень неловко. Достаточно почитать любую ветку комментариев или твиты по тегам, чтобы понять: в самом лучшем случае люди признают, что все это дело рассматривается с учетом общественного резонанса и с оглядкой на реакцию толпы. А подавляющее большинство требует и дальше держать парней в клетке, приводя в качестве аргумента: «Вам бы прилетело стулом по голове, вы бы тоже требовали выпустить?!».

Второе – невероятно слабое выступление адвокатов всех парней. Кажется, у юристов давно закончились любые сильные аргументы, но при этом от них ждут активной деятельности. Отсюда рождаются отчеты о психическом состоянии Кокорина, справки о его больном колене и другие аргументы в пользу нахождения Александра хотя бы под домашним арестом. Андрей Ромашов попросил приобщить к материалам дела экспертизу психолога «Зенита», в которой Кокорин называется человеком с повышенной чувствительностью и низкой устойчивостью к психологическим нагрузкам.

А из-за травмы и пропуска ЧМ, однообразных тренировок во время восстановления он пребывал в напряжении, из-за чего с трудом управлял эмоциями. Заключение подводило к тому, что именно из-за этого Кокорин в «Кофемании» вел себя агрессивно.

В тему:  Ответный матч финала Кубка Либертадорес перенесли за пределы Аргентины

У судьи к документу вопросы возникли с самого начала: «Экспертиза по Кокорину. Так, и что?», – не поняла она документа. Адвокат пытался объяснить, но путался в терминах.

Судья довольно жестко и четко раз за разом обрывала попытки адвокатов пересказать полностью содержание предыдущих серий. А несколько раз суд открыто переформулировал за юристов их же тезисы, чтобы они звучали юридически стройнее.

Пару раз диалоги юристов и суда звучали совсем нелепо. Особенно когда выступал адвокат Кирилла Кокорина. У него пересыхало во рту, он волновался и ронял бумаги с ручками. А затем начал свою мысль к суду с фразы: «Как говорит нам Верховный суд РФ…». Судья даже не стала дослушивать и уточнила, действительно ли сейчас адвокат хочет пересказать ей, что и как говорит ВС РФ. Вячеслав Барик смутился и пообещал этого не делать. А затем сказал, что его подзащитный в СИЗО начал интересоваться законами и подумывает сменить специализацию высшего образования.

Понятно, что на этих словах весело было всем в зале, хотя сама ситуация совсем не веселая. Открыто смеялись и парни за решеткой, которых на этот раз не доставляли в суд, а вывели по видеосвязи. Это накладывало свой колорит. Во-первых, четверо мужчин были вынуждены сидеть в довольно тесной клетке. Во-вторых, микрофон трансляции передавал вообще все их общение. Вплоть до очень своевременной шутки Александра Кокорина над братом. Когда того спрашивали о месте рождения, Саша произнес: «Мексика». Окей.

В тему:  «Уступили во всех компонентах»: эксперт оценил игру россиян в Германии

Вообще парням невероятно везло, что все эти трансляции не выходят за пределы зала суда. Если бы это показали в эфире ТВ, то никакие адвокаты и Андрей Малахов не смогли бы убедить, что такое поведение – от нервов. Все четверо абсолютно не выглядели расстроенными, подавленными или загруженными мыслями о своем положении. Они радовались друг другу и особо не верили в положительное решение суда, на автомате призывая проявить профессионализм. Показательным был перерыв, во время которого парни обсуждали состояние здоровья Михаэля Шумахера:

– Я сегодня видел новости, что двигаться начал!

– Да, красавец вообще. Сколько он лежал!

– Теперь дышит сам даже!

Попутно шло обсуждение новостей (судьбы какого-то сокамерника и его зависимости от никотина) и кухни (звучали слова «лапша» и «пюрешка»). Плюс просьбы выпустить в туалет и не закрывать дверь камеры для видеосвязи.

При этом были моменты, когда эти истерические смешки заканчивались и мелькала реальная оценка происходящего. Кокорин в своей речи практически умолял в конце концов показать видео конфликта, которое давно есть в распоряжении следствия. Мамаев обещал покрыть любой ущерб автомобилю Виталия Соловчука. Павел – единственный из четверых вел себя нервно. Грыз ногти, молчал. А после оглашения приговора закричал в микрофон «Позор» и отказался опротестовывать решения суда.

Впрочем, адвокат футболиста «Краснодара» пообещал, что протест будет. Но кому это все нужно – уже не очень понятно.

Источник: www.championat.com
Новости спорта

Добавить комментарий

Нажимая кнопку "Комментировать", Вы автоматически соглашаетесь с политикой конфиденциальности и даете свое согласие на обработку персональных данных. Ваши данные не будут переданы третьим лицам.